Вакуум власти. Как Киргизия живет в анархии

08.10.2020 10:44

Вакуум власти. Как Киргизия живет в анархии

В Киргизии — третья революция. Бишкек митингует. Люди ищут депутатов парламента и гадают, где же находится президент республики. Его разгромленная резиденция — под охраной назначивших себя властью “дружинников”. Ими командуют люди, не называющие имен. Что происходит в республике при очередном вакууме власти.

Приезжих “город трех революций” встречает нервно. На шутливый вопрос: “Молодежь в центре зажигала, говорят?” следует полный мрачного юмора ответ: “Зажигала. Белый дом горел. Еще и ходят — окна бьют”.

Шутки у прохожих в городе такие же нервные. “Надо наших было в Минск отправить, там бы сделали “революцию под ключ”, показали бы, как восстания и перевороты устраивать”. В арочном переходе здания у площади Ала-Тоо под ногами хрустит стекло. Видимо, раньше тут пробежала толпа политически активных граждан.

Белый дом — резиденция президента и парламента, Жогорку Кенеша, действительно подпален, в темноте не светится ни одно окно. Все входы перекрыты, по периметру ограды внутри стоят люди. Они представляются дружинниками, в доказательство демонстрируют повязки. Фотографироваться не желают. Один из них зло выкрикивает через ограду: “Все врут! Все СМИ врут! Мы — не мародеры, мы волонтеры! Мы защищаем тут все от расхищения!”

Просьбу показать, что же они защитили внутри от расхищения, “дружинники” отклоняют. “Проводка сама загорелась”, — буркнул кто-то. На вопрос, кто ими командует, машут в сторону Белого дома: “Там, внутри, наш лидер, народный вождь”. Имя “народного вождя” не называют, познакомить отказываются, объясняют, что тот очень разозлится.

От расспросов, кто же у них главный, “волонтеры” сразу теряют охоту общаться, отходят от ограды, чтобы заняться полезным делом — ужином. Еду им привезли крепкие ребята на легковой машине — протянули сквозь прутья выпечку и бутылки газировки, поинтересовались, все ли спокойно на посту, и умчались в ночь.

“Дружинники” мирно ужинают, но внезапно один из них вскакивает, как будто его что-то жжет внутри, и кричит через решетку звенящим от напряжения голосом: “Я хочу, чтобы сказали: наш народ — хороший народ! Почему нас везде представляют какими-то мародерами? Скажите, что мы хорошие! Скажете?” — “Скажу”.

Вакуум власти. Как Киргизия живет в анархии

Депутат Жогорку Кенеша от Социал-демократической партии Ирина Карамушкина достает из сумочки что-то похожее на тюбик помады. Но это не косметика. “Это патрон с резиновой пулей, наши ребята из партии мне подарили, на память. Милиция стреляла. Мальчик шестнадцати лет глаза лишился, кого-то убили. Не так опереточно, как по телевизору”, — говорит она.

Карамушкина должна явиться на судебное заседание, ее обвиняют в захвате заложников. Она была в центре событий в августе 2019-го, когда силовики пытались задержать бывшего президента Алмазбека Атамбаева в его родном селе Кой-Таш. Это был момент обострения вражды с действующим главой государства — Сооронбаем Жээнбековым, которого Атамбаев привел к власти. Сторонники экс-президента сопротивлялись так яростно, что взяли в плен спецназовцев. Противостояние окончилось только после того, как Атамбаев сам сдался властям. Но в ночь на 6 октября митингующие освободили бывшего президента из следственного изолятора главной спецслужбы — Госкомитета нацбезопасности (ГКНБ).

“Адвокат звонил, сказал, что заседания не будет, судья убежал”, — смеется Карамушкина. Вместо суда она идет к Белому дому, но не на митинг, а на работу — в свой кабинет депутата. “Дружинники” пропускать ее не хотят: “Все, ваш парламент недействителен, вас разогнали! Сейчас придет временное правительство, его мы пустим! Настоящее правительство!”

Затем звучит сакраментальное: “Мы здесь власть! Мы — народ!”

“А как вы настоящее правительство от ненастоящего отличите?” — язвительно интересуется Карамушкина.

“Дружинники” мнутся. Они узнают депутата, которую точно нельзя записать в сторонники власти. Она известный и преследуемый лидер оппозиции. Карамушкина объясняет, что должна пройти в кабинет, забрать личные вещи, показывает удостоверение парламентария. И все же авторитет неизвестного командира, засевшего в Белом доме, перевешивает: депутата не пропускают.

Бывший советник Генерального штаба Киргизии Токтогул Какчекеев осматривает сгоревшую перед Белым домом машину. “Может, человек на этом автомобиле зарабатывал, копил на него, а тут взяли и сожгли”, — негодует он.

Подошедшие подростки настроены по-другому. Для них сгоревшая машина — прикольный объект для селфи. Они пока не задумываются над горестями владельца. Лишь бы “мама не убила за то, что убежали смотреть революцию”.

Глядя на скачущих по остову автомобиля подростков, Какчекеев думает, как ответить на вопрос, правильно ли силовики сделали, что отпустили из СИЗО Атамбаева и вообще не открыли огонь по людям, штурмующим Белый дом. С одной стороны, он ни капли не сочувствует нынешней власти, ко всем президентам настроен критически. С другой — он офицер, хоть и в отставке: “Советский еще полковник. Человек в погонах не должен идти на поводу у толпы”.

Вместо ответа бывший советник рассказывает историю, похожую на притчу: “Один депутат еще при Акаеве (Аскар Акаев — президент Киргизии с 1990-го по 2005 год. — Прим. ред.) возмутился: почему его брата не берут в разведку? Говорил, он хоть и музыкант по образованию, в армии не служил, но хочет быть разведчиком. Спикером Жогорку Кенеша был бывший зампредседателя ГКНБ. Пообещал: “Мы решим этот вопрос”. И решили — устроили брата в военную разведку, работать на афганском направлении. Контрразведчики, правда, заметили, что новый офицер таскает опиум чемоданами. На третьем или четвертом случае из ГКНБ позвонили Акаеву, тот дал добро: “Задерживайте!” Судили как офицера военным судом. А депутат, когда зачитывали приговор в военном суде, поклялся: “Я не я буду, если не распущу военный суд”. И обещание сдержал — военный суд разогнали”.

Какчекеев подходит к ограде Белого дома, знакомится с новоявленными охранниками правительственного здания. “Вот увидите, власть сменится, кто-то из этих “дружинничков” получит погоны прапорщика и встанет тут на контрольно-пропускном пункте, документы проверять, — предсказывает бывший советник. — У нас любят говорить: “Дайте дорогу молодым”. А что эти молодые видели? Как кто-то на джип на торговле наркотиками заработал и дом себе отгрохал? Одну из партий основал вор в законе. Когда хоронят криминального авторитета — весь депутатский корпус со скорбными лицами идет за саваном”.

Вакуум власти. Как Киргизия живет в анархии

На площади Ала-Тоо митинг. Ораторы, взобравшиеся на гранитный постамент, своеобразный президиум, отбирают друг у друга мегафон. Толпа скандирует то “Люстрация!”, то “Импичмент!” Есть еще универсальный лозунг: “Кетсин!” — “Уходи!” Его выкрикивают те, кто только присоединился к митингу и еще не разобрался в происходящем. Иногда вместо аргументов с трибуны в собравшихся летят пластиковые бутылки, митингующие немедленно отвечают тем же.

“Бабановских (сторонников политика Омурбека Бабанова. — Прим. ред.) прогнали, они выступить хотели. Тут столько партий”, — комментирует очередную стычку с криками и дракой за мегафон в “президиуме” Алмас Каипов. Он называет себя общественным активистом и объясняет, что ярость людей, вышедших на митинги, вызвали массовые и наглые фальсификации на парламентских выборах. “Дело не в ссоре Жээнбекова и Атамбаева, мизерный процент поддерживает Атамбаева, — утверждает он. — Люди разозлились потому, что Жээнбеков все подмял под себя, партию “Биримдик” возглавил его брат, “Мекеним Кыргызстан” — его сват”.

Каипов добавляет, что киргизская государственность оказалась в парадоксальной ситуации. Власть парализована массовыми митингами, а теперь протестующие требуют, чтобы она хоть что-то сделала. “Единственный легитимный орган — Жогорку Кенеш, лидеры всех партий призвали депутатов собраться и назначить техническое правительство и выборы. Никто не против. Но депутаты шестого созыва были под колпаком президента. Они боятся, а им надо проявить волю”, — объясняет он.

В толпе на площади действительно интересуются, где же депутаты. “В Доме кино? — предполагает кто-то. — Пошли?” Но предложение повисает в воздухе, собравшиеся продолжают дружно призывать к люстрациям, импичменту или отставке всех сразу. На площади Ала-Тоо не прекращается броуновское движение — группы людей то покидают митинг, то присоединяются к нему. Источник

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Насколько эффективна затеняющая сетка? По следам SpaceX: Amazon раздаст миру интернет с 3000 спутников Футбол. Хорватия – Дания 1 июля: прямая трансляция Обновленная Skoda Rapid: чешский лифтбек обзавелся стильным рулем Золото всегда в цене: что нужно знать, выбирая ювелирные изделия

ЦИТАТА "Подтверждение долгосрочных РДЭ отражает неизменное мнение Fitch о перспективах поддержки банков."
© Fitch Ratings
Лента публикаций