Народный коктейль: кто стоит за белорусскими стачками

22.08.2020 13:14

Народный коктейль: кто стоит за белорусскими стачками

“Когда людям скручивают руки и валят на землю лишь за то, что они мирно шли по улице, — молча смотреть на это невозможно”, — возмущается рабочий БелАЗа Николай. Как и многие его коллеги, он бастовал, чтобы вернуть на свободу задержанных. Такие стачки, пусть и недолгие, прокатились по всей Белоруссии. Теперь в них участвуют не только противники Александра Лукашенко, но и его сторонники. Корреспондент РИА Новости побывала на крупнейших заводах республики и спросила у работников, чего же они хотят добиться.

Слобода на реке Жода или Жодинь — так несколько веков назад называлось село на северо-востоке Речи Посполитой. Сейчас это город Жодино. И о провинциальном укладе жизни напоминают разве что деревянные дома и лавки на окраине.

Белорусский автомобильный завод, известный на весь мир БелАЗ, находится как раз здесь. Его карьерные самосвалы, бульдозеры и тягачи давно стали визитной карточкой республики. В девяностые годы, когда многие промышленные предприятия закрывались или переключались на чайники и кастрюли, БелАЗ выстоял. Рабочие уверены: потому что избежал приватизации.

“Страшно вспомнить, что было после развала Союза! — повышает голос Михаил, он на БелАЗе — с конца восьмидесятых. — Производство стоит, люди без денег. Новые власти пугают шоковой терапией, хотят передать все заводы в частные руки. И только когда в 1994-м Александр Лукашенко стал президентом, почему-то ему мы поверили”.

БелАЗ, как и большинство других крупных предприятий в Белоруссии, не приватизировали. Государственный сектор в индустрии почти полностью сохранился. За это белорусскую экономику часто критикуют, а продукцию заводов и фабрик называют неконкурентоспособной.

“А что тут плохого? Государство определяет объемы производства. На качество наших самосвалов это нисколько не влияет. Наоборот, мы заранее знаем, сколько продадим и какую прибыль получим, — объясняет главный мастер одного из отделов БелАЗа Александр. — Частный бизнес тоже заранее составляет план и рассчитывает, сколько выпускать тракторов или машин. И то, что вместо олигархов эти расчеты в Белоруссии ведет власть, только добавляет стабильности”.

“Плюс у нас больше социальных гарантий. Случись что, нас не уволят, как ненужный “товар”. У частников такое сплошь и рядом. Вот, во время коронавируса коммерческие предприятия закрывали, людям не платили. Наш завод работал, без денег нас не оставили”, — соглашается Михаил.

Половина выпускаемых заводом машин большой грузоподъемности уходит в Россию. С недавних пор белазовские самосвалы закупают Казахстан и Киргизия. Немало приобретают Сербия, Украина, Болгария, Польша, Эстония и даже Чили.

“У нас много конкурентов в Европе и России — те же немецкий Liebherr и российский КамАЗ. Но это только подстегивает нас повышать качество. Интерес к нашим машинам проявляют Швеция, Бельгия, Австрия. И никого не смущает, что БелАЗ — госпредприятие. Напротив, часто зарубежные импортеры расценивают это как гарантию надежности”, — подчеркивает Александр.

Народный коктейль: кто стоит за белорусскими стачками

По теме: Европейская диктатура: накажут ли Лукашенко за разгон протестов

Работяги, по собственным признаниям, никогда особо не следили за политикой. Но жесткий разгон демонстрантов возмутил и их. Белазовцы забастовали, потребовав освободить всех задержанных жителей Жодино.

“Пусть они не согласны с итогами выборов — имеют право выразить свое мнение. Зачем сразу тащить в автозаки?” — негодует Николай.

Собеседники обращают внимание на видео, появившееся в телеграм-каналах и соцсетях. На нем слышно, как белазовцы призывают мэра города и сотрудников МВД отпустить задержанных.

“Мы выступили против несправедливости, — объясняет Николай. — Ни слова о том, чтобы развернуть Белоруссию в Европу или НАТО, аннулировать результаты выборов. Мы хотели, чтобы в Жодино не лилась кровь. Вот почему мы вышли на стачку”.

Через пару дней задержанных отпустили. Белазовцы вернулись в цеха.

“Мы же понимали, что у нас обязательства перед партнерами из 83 стран. А ведь импортеры забили тревогу даже из-за нескольких часов забастовки. Телефон разрывался, спрашивали, что будет с контрактами. Успокаивали дольше, чем продолжалась забастовка. Но сейчас все в порядке”, — уверяет заместитель генерального директора БелАЗа Станислав Якубович.

Руководство уверяет, что не мешает никому высказываться, но это не должно тормозить производство. “БелАЗ — главный налогоплательщик Жодино. Если мы остановимся, это ударит по простым жителям города, пенсионерам, бюджетникам”, — отмечает Якубович.

Недалеко от завода — частное предприятие, выпускающее строительные смеси. Контролируют компанию польские бизнесмены, но работают там белорусы.

“И на госпредприятиях, и в частных фирмах — простые трудяги. Однако если у нас им не боязно выходить на стачки, ведь зарплата и соцпакет стабильные, то частники так не рискуют. Сами говорят, у поляков каждый производственный час на счету, попробуй там притормози производство. Тут же уволят”, — говорит Якубович.

После прекращения стачек работникам посыпались странные СМС и звонки по телефону.

“Едва мы вернулись к станкам — и началось! — не скрывает эмоций Сергей Семенец, термист БелАЗа. — Во “ВКонтакте” я получил сообщение с призывом не выходить на работу и потребовать перевыборов. Еще просили поддержать Светлану Тихановскую, заявить, что она наш президент. Но я не понимаю язык ультиматумов. Есть законы, и споры надо решать на их основе. Угрозы тут не помогут”.

Муж работницы одного из цехов БелАЗа Марины — сотрудник администрации Жодино. В общем заводском чате внезапно появилось ее фото с подписью: “Замужем за режимом Лукашенко”.

“В социальных сетях мне стали писать неизвестные, чтобы я поддержала стачку. Иначе “мне все припомнят”. Было страшно”, — признается она.

К забастовке склоняли и сотрудников Минского завода холодильников “Атлант” — культового в своем роде. Его продукцию и сегодня покупают в России, Италии, Бельгии, Нидерландах, Китае. Качество на высоте, а цены не задирают.

“Производим мы зимний холод, но летом у нас самая горячая пора. Бастовать некогда, — шутит бригадир слесарного отдела Николай Спиридоныч, проработавший на предприятии около двадцати лет. — Наша молодежь тоже не торопится на протесты. Тут практика и опыт, а что там, на улице? Сплошные провокации”.

Восемнадцатого августа у проходной выстроились несогласные с результатами выборов и принялись агитировать рабочих. Размахивали бело-красно-белыми флагами, скандировали: “Выходи”, “Мы вас поддержим”.

На видео в телеграм-канале около десяти человек действительно выходят к протестующим — и толпа ревет: “Молодцы!” Илья, мастер одного из цехов “Атланта”, утверждает, что те работяги просто отправились на обед.

“Иметь свою точку зрения хорошо. Но критически мыслить — это значит не поддаваться и влиянию толпы. В чем-то я согласен с недовольными. Однако действовать надо по закону. Бросить работу и остаться без зарплаты? А кто накормит мою семью, шестилетнего ребенка?” — задает риторический вопрос Илья. И вздыхает: “Все это какая-то необъявленная информационная война”.

Народный коктейль: кто стоит за белорусскими стачками

По теме: Наказать Белоруссию: Прибалтика и Польша бегут впереди паровоза

Генеральный директор “Атланта” Дмитрий Соколовский рассказывает, что сам несколько раз обращался к протестующей молодежи у здания завода. Но не все его услышали.

“С утра начинают скандировать. Представьте, насколько психологически тяжело нашим сотрудникам идти на работу и возвращаться домой. Они целый день стоят у станков, а после смены на них давят, шумят. Нельзя смешивать политику и экономику. Эмоции надо контролировать. Большинство людей это понимают. Во всяком случае, наше производство не останавливалось ни на минуту”, — подчеркивает Соколовский.

“Про Светлану Тихановскую мы ничего не знаем. Как доверить страну человеку без опыта? Ведь промышленность встанет. Остановится экономика. Начнется такое! Ну, как в девяностые”, — рассуждает сотрудница завода Галина Галицая. Сама она в те годы была подростком, но ощущение нищеты помнит. “А сейчас у меня работа, за которую платят. И глупо отрицать, что у Лукашенко нет сторонников. Таких, как я, в Белоруссии — миллионы. Им просто некогда бастовать”, — говорит она.

Николай Спиридоныч, с одной стороны, понимает порыв молодежи к переменам, но считает, что внятности в их действиях нет: “Вчера они выступали за дружбу с Россией, сегодня призывают разорвать все связи. Где логика? После выборов прошло две недели, а воз и ныне там — программы нет. Они не понимают, чего хотят. Я против такого шатания. Надо работать. Опыта набираться, а не баламутить людей”.

“И власть, и оппоненты должны разговаривать. Лукашенко следует понимать, что молодежь продолжит требовать перемен”, — высказывается Илья.

Помолчав, добавляет: “Белоруссия — это не страна глухих, нам надо услышать друг друга”.

Но это все сложнее. Политика стала главным блюдом в обеденный перерыв. Мужики спорят, кто прав, кто виноват. Одних возмущает категоричность протестующих, других — удивительная жестокость силовиков. И все сходятся только в одном: пока есть работа, надо вставать к станку. Источник

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Ораторское искусство: как не бояться публичных выступлений Сбербанк берет 1% за снятие наличных со своих карт — это правда? Что нужно знать про ОРВИ? Чем полезен крепкий ночной сон Фаза луны сегодня 31 августа 2018 — какая луна сейчас, растущая или убывающая

ЦИТАТА "Подтверждение долгосрочных РДЭ отражает неизменное мнение Fitch о перспективах поддержки банков."
© Fitch Ratings
Лента публикаций